Она

Как она завидовала женщинам с большой грудью! И не потому, что на них обращали внимание все без исключения мужчины. Эти счастливицы могли сами себя ласкать. И не просто теребить соски пальцами, как приходилось делать ей, а лизать, сосать их! Это же насмешка природы — иметь настолько чувствительную грудь, и не иметь возможности дотянуться до нее губами! Она чуть не плакала, когда думала об этом. И ведь большинство этих дойных коров даже не догадываются, какие возможности подарила им природа…
Она задумалась, вспоминая свои муки в подростковом возрасте. Поздно созрев, по натуре скромная и замкнутая, она не разговаривала с подружками про ЭТО, книжек таких в их доме не водилось, информацию черпать было неоткуда. Природа подсказывала, она пыталась гладить себя между ног, содрогаясь от стыдности и запретности совершаемого. Приятное, сладкое томление…и больше ничего. Но в душе, во время мытья, в один прекрасный вечер она открыла свою главную эрогенную зону. Дотронулась губкой до соска и испытала острый укол наслаждения. Еще…еще! Ощущение было сильным, но каким-то неполным… Хотелось сделать с этими торчащими затвердевшими столбиками еще что-то…Но что?
Она вспомнила, как пришел ее первый оргазм. Что она только не перепробовала! Поняв, что соскам больше всего нравится, когда их сосут, она пыталась дотянуться до них губами, сжимая свои маленькие грудки пальцами и подтягивая их ко рту. Тщетно. Она приспосабливала мягкие пластиковые флаконы из-под шампуня, сжимая их, надевая горлышко на сосок и отпуская… Да! Это было наслаждение! Сосок втягивался внутрь флакона и первое ощущение было острым, уходило в пах горячей волной…но потом ослабевало, меркло. Жалкое его подобие можно было вызвать, слегка потягивая за флакон…сосок оттягивался, грудка следовала за ним… но с громким чмоком флакон отрывался и огромный, разбухший, красный сосок, потерявший на время чувствительность, оказывался на свободе… Продлить наслаждение, довести его до пика, о котором она только смутно догадывалась, не удавалось. Но вот однажды ее взгляд упал на автомобильную аптечку. Жгут! Красная резиновая трубочка, диаметром точно по ее соскам…А длины вполне хватит…Да! Один конец в рот, другой надеть на сосок! Наконец-то она могла регулировать интенсивность и длительность раздражения, она целовала и ласкала сосок через трубочку, она всасывала его очень сильно и нежно отпускала. Давая ему отдохнуть, бралась за второй, торчащий в нетерпении… И вот, наконец, возбуждение достигло пика… Между ног сладко заныло. Теперь она ясно чувствовала эпицентр этой сладострастной муки… Все ощущения сосредоточились в самом верху ее щелочки. Она дотронулась пальцем и нащупала выпирающий твердый бугорок. Его хотелось касаться и не останавливаться никогда. Но пара движений и небывалая волна наслаждения накрыла ее с головой, заставила сокращаться ее живот, бедра, все тело извиваться в судороге оргазма.
С того дня мастурбация стала ее праздником, ее радостью. Она дарила себе этот праздник всегда, когда оставалась одна. Мало что могло теперь ее расстроить по-настоящему, она знала, что рано или поздно три волшебные точки на ее теле развеют все неприятности и подарят счастье.
Но жизнь — как река с сильным течением. Остановишься, и относит назад. Нужны были новые раздражители, ее фантазия требовала пищи. Картинки в журналах, порно кассеты — ее возбуждало только изображение голой груди, особенно торчащих возбужденных сосков. Она перелистала груды журналов, перемотала на быстрой скорости множество кассет. Она искала кадры, где сосок находится во рту, оттягивается губами, сжимается зубами, не важно, мужскими или женскими. Член ее возбуждал, только если прикасался головкой к соску. Как же мало было таких кадров!
И поэтому в голову пришла мысль, а вдруг я не одна такая? Вдруг существуют мои единомышленники, с которыми можно об этом поговорить, которые могут подсказать, где искать пищу для «праздников». Интернет, конечно! Неужели он нужен только для того, чтобы принимать почту для начальника?
Сначала она угробила массу времени, ползая по порносайтам и самостоятельно выискивая возбуждающие картинки. Потом пыталась найти тексты. Ничего. Сайты фетишистов — только ножки. Ну почему?? Почему любителе ножек так много, а любителей груди совсем нет? У БДСМщиков сразу вопросы… ты рабыня или Госпожа? Хотя, только на их сайтах ей удалось раздобыть потрясающие фотографии девушек с зажимами на сосках. Она даже сделала себе похожие из канцелярских зажимов для бумаг, несколько усовершенствовав их, чтобы не было слишком больно. Какое наслаждение было ходить с зажимами по комнате, чувствуя, как они покачиваются, оттягивая, раздражая, сводя с ума соски!
И вот, наконец, чат. После двух недель ночных поисков она решила создать собственную комнату. Долго думала над названием. Люблю грудь? Придут любители сисек 6-го размера. Соски? Вообще никто не придет. Маммофилия? Слишком научно.. Решила не мудрствовать, и назвала… ПОСОСИ МНЕ ГРУДЬ!
Комната довольно быстро наполнилась приколистами всех сортов и просто малолетними придурками. Она терпеливо ждала. И вот он. Обратился сразу в привате. Ник ничего на значащий… Джек. Она сразу почувствовала, что он ее понимает. Он не стал задавать дежурных вопросов… сколько тебе? Откуда ты? Он стал рассказывать о себе, как он сходит с ума от женской груди, причем не от огромного вымени, а от красивой формы, упругости, торчащих сосочков… Как он летом в транспорте не может удержать бешенную эрекцию, если случайно прикоснется к груди. А если она без лифчика, то …. Как он мечтает взять в рот сосок, ласкать его языком, посасывать, покусывать зубами…Она читала буквы на экране и чувствовала, как мокреет у нее между ног, как соски встают и упираются в ткань лифчика.
Они проговорили часа два. Она рассказала ему всю свою историю. Ей казалось, что она знает его всю жизнь, и, когда он попросил телефон — дала не задумываясь. Он позвонил на следующий день. Низкий бархатный голос. Встретиться? Она не раздумывала ни минуты.
Он оказался именно таким, как она его представляла. Красив настоящей мужской красотой. Он смотрел на нее так нежно и одновременно с такой страстью, что ей стало ясно… она ему тоже понравилась. А ей понравилось еще и его прямота… «Пойдем сразу ко мне, ведь ты не боишься меня?» Она ничего не боялась, она верила ему и дрожала от возбуждения. Они подошли к дому. «Давай поиграем?» — он быстрым движением завязал ей глаза. Она не испугалась, а только возбудилась еще больше. Они спускались куда-то вниз, повеяло холодком и сыростью подвала.
«Слушайся меня, тебе будет очень хорошо.» Она почувствовала мягкие ремешки на своих запястьях и одновременно его дыхание на своих губах. Он нежно дотронулся до губ, и она не заметила, как ее руки мягко подняли вверх до отказа. Такое же мягкое, но плотное обхватывание она почувствовала на своих лодыжках. Она ничему не удивлялась, зная, что так и надо, он делает все, как надо. И когда он начал медленно и нежно раздевать ее, это не встретило в ее душе никакого протеста. Она так долго ждала его. Когда он снял лифчик, ее соски готовы были лопнуть от напряжения. «Да, скорее, милый», — шептала она. И вот его губы коснулись ее соска, нежно обхватили его. Она содрогнулась от наслаждения, застонала…
Но вдруг сильная боль пронзила сосок. Его безжалостно стиснул холодный металл. Она дернулсь, но ноги и руки были прочно зафиксированы. И она услышала его голос… «Ну, иди, хотел же смотреть!» Она услышала шаги, сопение и мерзкий голосок произнес… «Классная телка, давай, заделай ей по полной программе». Повязку сорвали, и в глаза ударил свет. Она не видела ничего вокруг из-за этого безжалостного света, кроме источника боли — огромного металлического зажима, который прихватил ее сосок, сплющил его и оттянул. Острая боль и острое наслаждение пронизывало все ее тело. От зажима куда-то вверх уходила цепочка. Она натянулась и сосок начал вытягиваться…Кончик его налился кровью, набух.
«Тягай, тягай ее за сиськи! И второй потереби, смотри, как стоит!.. Красный, так и хочется пососать,» — услышала она все тот же мерзкий голосок. Из темноты вынырнула фигура отвратительного толстяка с ухмыляющейся физиономией и расстегнутой ширинкой. Он сжимал тремя пальцами вялый членик и пытался его дрочить.
Джек (она даже не знала его настоящего имени) протянул руку и на втором соске захлопнулся такой же зажим. Сосок вытянулся, покраснел. Металл сжимал самый его кончик… Ужас и наслаждение, эти взаимоисключающие чувства охватили ее. Она поняла, что это он, ее Джек так мучает ее, это он управляет безжалостными цепочками.
«Покрути соски, подергай»,- отдавал команды толстяк, все быстрее дергая себя за член. «Это же ей нравится, ты говорил. Это им все, сучкам, нравится. Бабы, бывает, кончают, когда детей грудью кормят. Смотри-ка, она потекла». И правда, она почувствовала, как сок возбуждения течет у нее по ногам. Такого с ней еще не случалась. Она не могла говорить, только постанывала от боли и возбуждения. Клитор пульсировал, и, казалось, вот-вот лопнет от наполнявшей его крови.
И когда он встал перед ней на колени и освободил ей одну ногу, она невольно закинула ее ему на плечо, открывая доступ к пожару внизу живота. Она не понимала, что он делает… лижет, сосет ее, она чувствовала величайшее наслаждение в своей жизни. Перед глазами плыли красные круги и она не увидела, а почувствовала, как толстяк снял зажим и впился ртом в ее правый сосок. Он сосал его, чмокая и прикусывая иногда зубами. Что-то горячее брызнуло ей на бедро, она даже не поняла, что этот боров наконец кончил. И тут что-то с раздирающей болью вошло в ее истекающее соком, пылающее, жаждущее влагалище. Вот оно! Сбылось! Дождалась! Она страшно закричала и забилась в судорогах небывалого оргазма. Сознание померкло.
Очнулась она на скамейке во дворе от холода. Страшно ломило грудь, промежность горела огнем. Одежда была на ней, но видно было, что одевали ее чужие руки и в спешке. Уже добравшись домой, она обнаружила пропажу всех денег из сумочки. Полторы тысячи, четверть ее зарплаты.
Он больше не позвонил. Через неделю, когда поджило влагалище и перестали гореть соски, она почувствовала неясное томление. Не могло быть и речи, чтобы поиграть с собой самой, как раньше. Насколько это казалось пресно и тускло сейчас. Посчитав оставшиеся до зарплаты деньги, она положила их в сумочку и шагнула за порог. Ведь не сотня же там подвалов, как-нибудь найдет…
Потом я сменил тактику и решил сделать все, чтобы быть застигнутым врасплох ее мужем. Я наплевал на наш условный знак — «женские трусики в окне» и врывался к ней в квартиру, зная, что он точно там. Не давая опомниться, я хватал ее на руки, тащил в постель и дико орал, кончая. Муж упорно не появлялся. Тогда я начинал бегать в одной майке и носках по квартире, заглядывая под все кровати и распахивая шкафы, изображая свихнувшуюся от желания насиловать все, что еще движется, гориллу. Однако, что я ни делал, ему не удалось застигнуть нас вдвоем. Куда она его прячет, я так и не смог определить.
«…Так, эту грудь я беру в левую руку, а вторую… Стоп! Халтурщики, они забыли написать, куда девать вторую!..»
И ведь мне не к чему даже прицепиться. Она никогда со мной не спорит, никогда не показывает свой характер. Я могу часами доводить ее намеками на мои похождения с другими женщинами, ее молчание становится только упорней. Но я-то вижу, как она до обморока ревнует меня ко всему, что не является ею. Она ревнует меня к женщинам, мужчинам, животным, вещам и воспоминаниям. Из ревности она отравила последовательно трех моих кошек. В отместку мне пришлось спустить в туалет ее любимую канарейку.
«…Ну а теперь походи по мне, а потом побудь моим одеяльцем…»
Как мне все-таки тепло под ней! Плутовка, она так приучила меня к себе, что я уже давно разучился вырабатывать тепло, когда ее нет рядом. И если она теперь перестанет греть меня, то я, возможно, просто окоченею и умру.
И я всегда спрашиваю у себя: ну что, скажи, зажравшаяся сволочь, тебе еще надо?! Какого еще ляда, упрямая скотина, тебе не хватает?! Посмотри кругом! Ведь такие женщины на дороге не валяются. Ведь сдохнешь, лучше не найдешь.
Тем не менее, я собрал остаток сил и решил использовать последний мой шанс, а именно, применить способ ящерицы.
Сначала я отбросил одно ухо, потом у меня выпал один глаз. Но она, как ни в чем ни бывало, продолжала любить меня, утверждая, что так даже лучше — у нее будет меньше конкуренток. Но я уже не мог остановиться, я уже увлекся процессом распада. Нога долго волочилась, но, в конце концов, отпала и она. Потери преследовали меня одна за одной. Все тело покрылось гноящимися язвами и тогда я понял, что конец уже не за горами. Жить осталось немного, и я решил посвятить остаток минут созданию бессмертного творения, чтобы рассказать о ней. Она — все! Жизнь без нее бессмысленна. Жизнь с ней все также бессмысленна, но зато много приятней. Она лишает сил, которых становится бесконечно много. Она — Черная Дыра. Противиться ее притяжению уже не в силах ничто, кроме, быть может, меня. Но и мне осталось недолго. Скоро отвалится вот это, а сразу потом откатится голова. И некому будет проснуться, чтобы облегченно вздохнуть и радостно возопить, какой только нелепый ужас не приснится этой дурацкой башке!
Я вздрагиваю и просыпаюсь. Пошарив в темноте рукой, я с тоскливой радостью нахожу ее рядом. Может, придушить ее подушкой? Нет, я успею это сделать всегда. И с этой счастливой мыслью, я снова засыпаю.Она лежала на кровати, раскинув ноги, и я мог отчетливо видеть белую полоску ее трусов, завуалированную черным нейлоном. Мне хотелось кончить на нее, обрызгать спермой, лечь рядом и уснуть.
Она была восхитительно пьяна и уже отключилась от восприятия этого мира. На ее трусах темнело влажное пятно, просочившейся сквозь нейлон и хлопок влаги. Я не знал, ласкала ли она себя, прежде чем уснуть, но что-то подсказывало мне, что это пятно появилось не зря. Девочка обильно истекла соками и, судя по всему, успела себя удовлетворить. Тем не менее ее сны вели ее по новой дороге наслаждений и тонкие пальцы легко касались промежности, при этом она спала. Я вытащил свой член и принялся дрочить, потом присел рядом и стал ласкать ее пизду. Ее влагалище как бы нехотя отдавало живительные соки и пятно на ее трусах не просыхало. Из ее щели постоянно сочилась тягучая влага.
Как приятно ебать пьяных баб, они ни хрена не соображают: кто их ебет и как, хочешь в пизду, хочешь в жопу, им все равно, они в отключке, почти полной, только выеби. Передо мной стоял выбор, либо разорвать ее колготки и вставить ей, либо снять их и вставить. Я остановился на том, чтобы снять колготки и трусы и вставить член в ее пьяную пизду. Я стал стягивать колготки.
В этот момент она что-то промычала. Она была совершенно пьяна. Я стащил до колен ее белье, развел ноги и весьма грубо вставил член в ее пизду, она издала новый стон и не более того. Я принялся всаживать в нее свой член, оттянув крайнюю плоть и разведя пальцами ее губы ее пизды, — большие и темные. Я нащупал ее клитор, небольшой и еще мягкий и стал массировать его со всем доступным мне искусством. Она откликнулась на это и почти проснулась. Ее рука потянулась вниз и она стала умело помогать
мне дрочить свой клитор.
Вдруг из нее что-то потекло, причем весьма обильно, сначала я не понял, а потом сообразил, что она описалась от удовольствия. Тонкой, медленной струйкой из нее текло, она открывала рот и что-то бормотала. Я подумал – “Давай, дрочи, сучка, дрочи сильней, обоссы все вокруг, пьяная блядь.”
Мне было приятно наблюдать как она стала кончать, выплескивая жидкость на кровать. Я вытащил член из ее пизды и несколькими короткими движениями заставил себя кончить, обрызгав ее спермой. Потом ради извращенного удовольствия вставил ей в пизду два пальца и стал массировать ее изнутри. Девка продолжала кончать. Когда она проснется, ее пизда будет болеть но она наверняка не вспомнит, что произошло.
Не раз, не два и не три приходилось мне трахать подвыпивших дам, и что бы там не говорили, это самое лучшее, поскольку они в этом состоянии освобождают все свои самые низменные желания, в которых боятся сами себе признаться.
Лучше всего трахать захмелевшую даму в возрасте, эдак лет под сорок. Они хорошо знают, чего они хотят, но время немного ушло и они жалеют, что оно ушло, жалеют себя и, если довести ее до правильного состояния, то лучшей партнерши и представить себе нельзя. Они сосут член как безумные, они раскрывают себя навстречу, они матерятся как грузчики и кончают, истекая обильными соками, застоявшимися внутри созревшего тела.
Моя память хранит несколько таких случаев, когда обычное совокупление становилось фейерверком эмоций и дама была потом готова сделать все для меня. Кроме вина такое же действие оказывают и наркотики, но я их не люблю, это, черт возьми, опасно, пожалуй, кроме травки. Обкуренная дама еще и фантазирует, но я редко бывал в подобных ситуациях.
Лучше, когда они просто пьяны. Аромат вина, не люблю крепкие напитки, расширенные зрачки, замедленная речь, готовность к чему-то необычному и всегда мысли о сексе. Повлажневшая промежность, двусмысленные фразы и готовность отдаться. Клитор, который же наэлектризован и только и ждет прикосновения, скрытый складками, упрятанный под бельем, но рвущийся навстречу наслаждению. Рафинированная похоть, которая правит телом женщины, заставляя открываться навстречу мужчине со всем бесстыдством портовой шлюхи.
Я люблю, когда моя жена ложиться на спину, разводит ноги и принимается ласкать себя. Иногда она раздевается, а иногда доставляет мне удовольствие и ласкает себя сквозь белье. Ее нижние губы раскрываются, набухший клитор выскакивает как маленькая пуговка и она погружает пальцы внутрь своей плоти. Особенно здорово она делает это после бутылки красного. Полуприкрыв глаза, она наблюдает, как я длинными движениями ласкаю свой член, готовя его к вторжению в ее распаленную плоть. Она ведет себя как проститутка, искушенная в искусстве любви. Когда я вхожу в нее, она уже близка к оргазму, ее пизда раскрыта, губы разошлись, клитор торчит как гвоздь и мне отчетливо видны все ее дырки, которые я могу заполнить своим возбужденным членом. Главное сохранить спокойствие и заставить ее кончить раньше, так, чтобы из ее влагалища потекло и она стонала от желания все же заполучить что-то твердое внутри себя. Два движения и моя сперма орошает ее влагалище. После оргазма я еще долго даю ей насладится ласками промежности, клитора и задницы. Я подолгу ласкаю ее пизду и задницу, заставляя содрогаться от волн остаточного оргазма
Одну из самых лучших ночей мы провели, когда она вернулась от своего любовника, который то ли не смог, то ли она сама не захотела, но она была возбуждена до злости.
Она приняла душ и бросила свое белье в ванне. На нем остались следы ее выделений, она явно текла. Трусы и колготки пропитались ее влагой, источавшей живой запах возбужденной женщины. Я знал, что она была с другим мужчиной и от этого мне только сильнее хотелось ее трахнуть. Она переоделась, пописала. Вытирая себя, она сделала пару ненужных для этой операции движений. И я понял, что она не удовлетворена.
Я предложил ей выпить и она согласилась. Все еще злясь, она выпила половину Chateu Margot и опьянела. Потом она положила на стол одну ногу, раскрыв промежность и слегка заплетающимся языком спросила.
-А если меня кто-то трахнет?
-То что?
-Ты будешь ревновать, как тогда?
-Нет…Мы это уже проходили.
-А представь, что меня кто-то трахнул…сказала она с блядской улыбкой.
-Ты кончила…
-Не-е-е-т… Она опустила руку между ног и начала тихонько гладить себя.
Я тоже коснулся своего члена.
-Я была пьяная как суслик…Он ласкал меня везде, я сосала его…. Ее понесло, так иногда бывает, но ей надо дать выговориться.
-И мне не было стыдно.. . Я хотела кончить…Не вышло. А сейчас я тоже пьяная. – сказала она весело. Ты же хотел, чтобы меня трахнули, правда…-сказала она, вопросительно глядя на меня.
Правда…Я хотел, чтобы тебя выебали… При этих словах она снова стала ласкать себя между ног.
-Я знаю, что ты текла, у тебя все трусы и колготки были мокрыми.
-Ага, я текла как сука…А он дурак…- пьяно сказала она, -он не понял чего я хотела. Я так хотела, что, блин.. чуть не описалась. А он дурак…У него член короткий, произнесла она и я увидел как ее ладонь исчезла под штанами пижамы. Между ног они уже повлажнели. Она допила вино.
-…Дай я посмотрю на тебя, достань член… Я повиновался и головка закачалась, поддерживаемая моей ладонью.
-Смотри…
-А ты можешь кончить просто так, просто смотря на меня… Я тебе нравлюсь…Я не толстая…
-Ты мне нравишься, особенно, когда дрочишь и когда вот такая…
-Ага, я, блин, пьяная в соплю. Говоря это, она оттянула резинку и погрузила два пальца внутрь влагалища.
-А ты с кем-нибудь…трахался…
-А как же…
-М-м-м, я знаю, что Ольга хотела с тобой переспать… Ольга была нашей знакомой, весьма красивой особой, которая действительно была не прочь меня соблазнить.
-Хочешь позвоню…Только, а-а-а, — она испытала первый спазм удовольствия.
-Потом, если ты не передумаешь…
-Если ты не передумаешь…Ну поласкай меня, или тебе больше нравятся проститутки. -Давай, полижи мне…пизду-у-у. У меня там так мокренько…
-А помнишь Анечку, она тебе нравилась…Танька мне говорила, что она кончала после того, как ты к на приходил на Кривоколенный, уходила в туалет и дам дрочила. И кончала. Танька сказала, что когда она с тобой танцевала на дне рождения, помнишь, она там же и кончила. Вы даже целовались. Сука. Ну полижи меня, гад. Я хочу тебя, ты знаешь, что я хочу тебя. Я хочу, блядь, ебаться, засунь мне, сволочь.
Меду ног моей любимой жены расплывалось мокрое пятно неудовлетворенных желаний. Я не стал ждать и прильнул к ней, целуя и обсасывая ее промежность, лаская губами клитор и губя, всовывая язык внутрь влагалища. Она снова начала течь густо и ароматно.
-Пусть тебя кто-нибудь выебет, я только сильней буду тебя любить.
-А меня ебали…- сказала она — И ты трахался с кем-то, я знаю, я всегда чувствую.
Из нее толчками стала вытекать густая белая жидкость.
Она продолжала говорить.
-А один раз мы пили шампанское и Анька набралась… жена засмеялась,…
-Она кончила прямо там на кресле…У нее пизда… такая…мягкая, тебе бы понравилась, она любит, когда ее сосут. Я видела ее пизду, красивая такая, розовенькая. Я ее чуть сама не вылизала, ну давай, пососи мне, поласкай…. Там, клитор, ты же любишь…
Я действительно любил ее лизать….Сам запах ее пизды приводил меня в экстаз. Тем более, что сейчас она была пьяная, мокрая и недавно выебанная незнакомым мне человеком. Я ласкал ее пизду и мой член болтался, вздрагивая, и истекая соками так же как и она.
-Аня так тебя хотела…
-Я готов.
-Я не помню ее номера… А помнишь Светку…
Конечно я помнил Светку, я отымел ее на кухне, когда все праздновали день рождения лучшей подруги моей жены. Она страшно хотела, когда мы танцевали, она сказала
— Приходи на кухню, не пожалеешь.
Я пришел и она задрала юбку, спустила коготки и повернулась ко мне задом. Я взял ее, пока все танцевали. Я не кончил, кончила она. Мне запомнилась мокрая пизда с венчиком жестких волос, большая грудь и спущенные трусы, промокшие насквозь.
Мы переместились в спальню.
…А ты Людмилу выебал….Если нет, то очень жаль, она так тебя хотела.
Я вспомнил, как Людмила прижималась ко мне на свадьбе моего шефа и вспомнил как мы трахались в шикарном номере Балчуга.
-Конечно ответил я.
-Хорошо, а то ей не хватает…И ты ей нравился. У нее должна быть сладкая киска…
-Она сладкая. – ответил я. Она продолжала медленные движения, возбуждаясь все сильнее и сильнее.
-Ну давай, нежно, ладошкой и попку тоже… Она перевернулась на живот и приподняла зад, облегчая мне доступ. Она замолчала и только тихо постанывала от удовольствия не торопясь кончать. Клитор еще больше отвердел и напрягся, моя ладонь полностью умещалась между широко раскрытыми нижними губами. Я ласкал ее по всей длине промежности, размазывая соки от живота до заднего отверстия.
-Полижи мне попу… попросила она. Я перестал гладить ее и стал лизать ее анус. Через несколько секунд она напряглась и мощно кончила, молча, без криков, сильно содрогнувшись всем телом. Чудесный оргазм.
Она снова перевернулась на спину.
…Ты еще не кочил…Тогда спусти мне на грудки, пожалуйста…
Ах какой сладкой она была в такие минуты. Мягкой, расслабленной, урчащей кошкой.
Длинными движениями вдоль ствола я привел себя к оргазму и вылил на ее грудь и живот груз спермы, который она тут же принялась втирать в себя. Чтобы усилить семяотлеление, она пощекотала своими пальчиками мои яйца, и я вплеснул еще одну порцию, да так, что вместе со спермой потекла моча, поскольку мышцы пытались выдавить из меня все, что было. После чего улегся рядом почти без сил.
Потом я нередко вспоминал этот момент и у меня всегда вставал член. Мне иногда хотелось посмотреть, как моя жена с кем-то трахается. Такое удовольствие мне выпало, только гораздо позже….
Комната довольно быстро наполнилась приколистами всех сортов и просто малолетними придурками. Она терпеливо ждала. И вот он. Обратился сразу в привате. Ник ничего на значащий… Джек. Она сразу почувствовала, что он ее понимает. Он не стал задавать дежурных вопросов… сколько тебе? Откуда ты? Он стал рассказывать о себе, как он сходит с ума от женской груди, причем не от огромного вымени, а от красивой формы, упругости, торчащих сосочков… Как он летом в транспорте не может удержать бешенную эрекцию, если случайно прикоснется к груди. А если она без лифчика, то …. Как он мечтает взять в рот сосок, ласкать его языком, посасывать, покусывать зубами…Она читала буквы на экране и чувствовала, как мокреет у нее между ног, как соски встают и упираются в ткань лифчика.
Они проговорили часа два. Она рассказала ему всю свою историю. Ей казалось, что она знает его всю жизнь, и, когда он попросил телефон — дала не задумываясь. Он позвонил на следующий день. Низкий бархатный голос. Встретиться? Она не раздумывала ни минуты.
Он оказался именно таким, как она его представляла. Красив настоящей мужской красотой. Он смотрел на нее так нежно и одновременно с такой страстью, что ей стало ясно… она ему тоже понравилась. А ей понравилось еще и его прямота… «Пойдем сразу ко мне, ведь ты не боишься меня?» Она ничего не боялась, она верила ему и дрожала от возбуждения. Они подошли к дому. «Давай поиграем?» — он быстрым движением завязал ей глаза. Она не испугалась, а только возбудилась еще больше. Они спускались куда-то вниз, повеяло холодком и сыростью подвала.
«Слушайся меня, тебе будет очень хорошо.» Она почувствовала мягкие ремешки на своих запястьях и одновременно его дыхание на своих губах. Он нежно дотронулся до губ, и она не заметила, как ее руки мягко подняли вверх до отказа. Такое же мягкое, но плотное обхватывание она почувствовала на своих лодыжках. Она ничему не удивлялась, зная, что так и надо, он делает все, как надо. И когда он начал медленно и нежно раздевать ее, это не встретило в ее душе никакого протеста. Она так долго ждала его. Когда он снял лифчик, ее соски готовы были лопнуть от напряжения. «Да, скорее, милый», — шептала она. И вот его губы коснулись ее соска, нежно обхватили его. Она содрогнулась от наслаждения, застонала…
Но вдруг сильная боль пронзила сосок. Его безжалостно стиснул холодный металл. Она дернулсь, но ноги и руки были прочно зафиксированы. И она услышала его голос… «Ну, иди, хотел же смотреть!» Она услышала шаги, сопение и мерзкий голосок произнес… «Классная телка, давай, заделай ей по полной программе». Повязку сорвали, и в глаза ударил свет. Она не видела ничего вокруг из-за этого безжалостного света, кроме источника боли — огромного металлического зажима, который прихватил ее сосок, сплющил его и оттянул. Острая боль и острое наслаждение пронизывало все ее тело. От зажима куда-то вверх уходила цепочка. Она натянулась и сосок начал вытягиваться…Кончик его налился кровью, набух.
«Тягай, тягай ее за сиськи! И второй потереби, смотри, как стоит!.. Красный, так и хочется пососать,» — услышала она все тот же мерзкий голосок. Из темноты вынырнула фигура отвратительного толстяка с ухмыляющейся физиономией и расстегнутой ширинкой. Он сжимал тремя пальцами вялый членик и пытался его дрочить.
Джек (она даже не знала его настоящего имени) протянул руку и на втором соске захлопнулся такой же зажим. Сосок вытянулся, покраснел. Металл сжимал самый его кончик… Ужас и наслаждение, эти взаимоисключающие чувства охватили ее. Она поняла, что это он, ее Джек так мучает ее, это он управляет безжалостными цепочками.
«Покрути соски, подергай»,- отдавал команды толстяк, все быстрее дергая себя за член. «Это же ей нравится, ты говорил. Это им все, сучкам, нравится. Бабы, бывает, кончают, когда детей грудью кормят. Смотри-ка, она потекла». И правда, она почувствовала, как сок возбуждения течет у нее по ногам. Такого с ней еще не случалась. Она не могла говорить, только постанывала от боли и возбуждения. Клитор пульсировал, и, казалось, вот-вот лопнет от наполнявшей его крови.
И когда он встал перед ней на колени и освободил ей одну ногу, она невольно закинула ее ему на плечо, открывая доступ к пожару внизу живота. Она не понимала, что он делает… лижет, сосет ее, она чувствовала величайшее наслаждение в своей жизни. Перед глазами плыли красные круги и она не увидела, а почувствовала, как толстяк снял зажим и впился ртом в ее правый сосок. Он сосал его, чмокая и прикусывая иногда зубами. Что-то горячее брызнуло ей на бедро, она даже не поняла, что этот боров наконец кончил. И тут что-то с раздирающей болью вошло в ее истекающее соком, пылающее, жаждущее влагалище. Вот оно! Сбылось! Дождалась! Она страшно закричала и забилась в судорогах небывалого оргазма. Сознание померкло.
Очнулась она на скамейке во дворе от холода. Страшно ломило грудь, промежность горела огнем. Одежда была на ней, но видно было, что одевали ее чужие руки и в спешке. Уже добравшись домой, она обнаружила пропажу всех денег из сумочки. Полторы тысячи, четверть ее зарплаты.
Он больше не позвонил. Через неделю, когда поджило влагалище и перестали гореть соски, она почувствовала неясное томление. Не могло быть и речи, чтобы поиграть с собой самой, как раньше. Насколько это казалось пресно и тускло сейчас. Посчитав оставшиеся до зарплаты деньги, она положила их в сумочку и шагнула за порог. Ведь не сотня же там подвалов, как-нибудь найдет…

Прочитано 940 раз

Еще рассказы

  • Кетрин окончание переломного уикенда. .День.     Никогда им еще не доверяли настолько интересное дело. Только что эта 28-летняя шлюха, работавшая до этого момента на их босса, в горячке внезапно закатила ему оплеуху. Они втроем тут […]
  • Рабыня для забав Прижав ее животом к жесткому матрасу, он выставил ее попу для своего взора. Ласково проведя руками по округлым ягодицам, не смог удержаться, чтобы не помять, а после просунуть пальцы в […]
  • Госпожа одногрупница Я учился на третьем курсе, когда она к нам пришла в группу из академического отпуска, вернее их было двое, она и ее подруга как я потом узнал это, была ее служанка. Она производила […]
  • Шабаш ведьм Такси подъехало к вилле Олега, бойко развернулось перед самым входом, и Олег с женщинами исчезает. Я же иду в гостиную, где меня, как всегда, ждет Света. Смотрится она совершенно необычно, […]
  • Сладкое рабство Ольга вернулась домой рано, потому что на студии отключили электричество. Открыв дверь квартиры своим ключом, молодая женщина услышала из своей спальни громкие стоны.Тихо прикрыв входную […]
Как вам рассказ Она?
Прочитано 940 раз

Добавь комментарий без регистрации

Ваш e-mail не будет опубликован.